Sign in / Join

О духовничестве и старцах

Не секрет, что большую роль в жизни многих православных христиан играет общение со священниками и старцами, поиск помощи на пути внутреннего роста у духовно опытных людей. О том, как не ошибиться на этом пути, а также о сущности духовничества и старчества в интервью Sobor.by рассказал клирик минского Богоявленского прихода иерей Владислав Богомольников.

— Каково значение слова “духовник”?

— Это слово может употребляться в разных значениях. Духовником называют священника, который принимает исповедь. Кроме того, духовник – это должность при монастырях и организациях, так называют священника, ответственного за духовное руководство.

Духовником, духовным отцом или старцем называют опытного в духовной жизни человека, к которому обращаются за советом и руководством. Он может и не быть священником, как, например, преподобные Силуан Афонский или Паисий Святогорец, особенно это характерно для греческой традиции. В женских монастырях в этом качестве может выступать женщина. Именно это значение слова обычно имеют в виду, когда говорят о духовничестве. Иногда даже предлагают делать такое тонкое различие: духовный отец наставляет на пути, а старец ведёт по нему. Бывают разные модели взаимоотношений между духовником и духовными детьми, в одном случае духовник даёт человеку советы и делится с ним опытом, в другом — человек передаёт себя в полное распоряжение духовника. Этот второй образ духовничества сформировался в монашеской среде и долгое время сохранялся только в ней, попытки вынести его за пределы монастыря чаще всего имеют неприятные последствия.

— У каждого ли христианина должен быть духовник?

— Если мы говорим о духовном отце, о том, кто наставляет на пути, то это желательно, как и в любом серьёзном деле, как научный руководитель в исследованиях. Но обязательного требования к этому нет.

У духовника есть ещё одна функция: он не только учит, но и представляет взгляд со стороны, то, что ни один человек не может сделать сам, даже если он святой. Это значит, что не может наступить такого времени, когда необходимость в руководстве отпадёт. Поэтому духовники есть у всех, и у патриархов, и у самых прославленных старцев.

Если же речь о монашеской практике полного послушания, то, конечно, это не для всех. Людей, которые могут «вести по пути», всегда было не много. Святитель Игнатий (Брянчанинов) ещё в XIX веке писал: не стоит в наше время искать духоносного наставника, достаточно книг и добросовестного священника, который примет исповедь. Даже монахам он советовал опираться больше на книги, чем на поиски сведущих учителей духовной жизни.

— Как найти духовника?

— Есть смысл последовать совету святителя Игнатия и не ставить планку слишком высоко. Пообщаться с несколькими священниками, послушать, что они говорят, прийти к ним на исповедь. Тут могут быть разные критерии: кто-то ищет в священнике единомышленника, кому-то будет достаточно доброты и искренности или ещё каких-то качеств. Важно найти человека, которому мы сможем доверять.

Только обязательно стоит спросить его насчёт руководства. Давать советы – это ответственность, на которую духовник идёт сознательно. В греческой традиции, например, не каждый священник может даже исповедовать, не говоря уж о духовном руководстве.

— Какими в норме должны быть отношения между духовником и подопечным?

— В норме — искренними и уважительными. Духовник олицетворяет собой не цензуру, а заботу. Он знает все особенности ситуации каждого человека, их не нужно пересказывать заново всякий раз. И, будучи назван отцом, он относится к своим духовным детям как к своим близким, не как к посторонним.

Роль духовника не предполагает возвышения над духовными детьми, он не господствует, они не находятся в униженном положении. Духовные дети запросто могут быть в два раза старше священника, и это нормально, если помнить: в задачи духовника входит познакомить их с такой реальностью, которую он уже усвоил, а они – ещё нет.

— Какие ошибки в отношениях друг с другом могут допускать духовник и прихожанин, и как этих ошибок избежать?

— Самая распространённая ошибка – отождествление духовничества с монашеской практикой полного послушания. Именно о ней идёт речь в древних патериках, где старец велит послушнику сажать растения вверх корнями и тому подобное, ведь на первоначальном этапе от послушника требуется умение отсекать свою волю. Этот образ руководства в древности предполагал, что старец мог даже ударить послушника, чтобы научить его смирению. Современный человек, читая древнюю литературу, ошибочно полагает: на месте старца сегодня стоит каждый священник. Это не так. В таком деле требуется как минимум две вещи. Первая – не забывать, что это монашеская практика, не приходская. И вторая – даже в монашестве полного послушания от ученика может требовать не каждый, а тот, кто сам прошёл этим путём в качестве послушника.

Эта ошибка порождает много неприятностей. Чтобы её избежать, каждому достаточно руководствоваться в своих действиях здравым смыслом, насколько это возможно. Конечно, один только здравый смысл не позволит христианину стать совершенным, например, он не оправдывает жертвенности. Но следование ему оградит новоначального от вреда, пока он не освоится в духовной жизни настолько, чтобы осознанно принять новую иерархию ценностей.

— Есть ли такие вопросы, которые в норме духовник с прихожанином не должны обсуждать, которые подопечный должен решать самостоятельно? Насколько интенсивным может быть общение духовника или священника с подопечным?

— Все вопросы человек должен решать самостоятельно, духовник может лишь советовать и направлять. Но что обсуждать на исповеди и в какой мере – в приходской практике эта инициатива исходит от самого человека.

Интенсивность общения зависит от многих причин и может меняться, обычно это решается в каждом случае индивидуально.

— Какими должны быть границы в отношениях духовника и прихожанина? Как относиться к случаям, когда духовник контролирует слишком большую часть жизни человека, например, вопросы постельных отношений между супругами?

— Можно сделать критерием границ в отношениях любовь и заботу, но это очень субъективно, наверное. Лучше, чтобы критерием выступила простая целесообразность. С этой точки зрения, как ребёнок родителям, как студент преподавателям, так и прихожанин не предоставляется духовнику в вечное пользование. Духовник – это звено в цепочке передачи знаний и умений. По мере их усвоения человек меняется. Со временем, возможно, он сам займёт место духовника. Он может даже обогнать наставника в чём-то. Если общение предполагает такую возможность, значит, всё идёт правильно.

И, конечно, такое понимание руководства не оставляет места для принуждения и насильственного контроля. Сфера интимных отношений контролируется не духовником, а самими супругами. Решая подобные вопросы, люди следуют церковным правилам и обычаям, не желаниям духовника.

— Обязательно ли со стороны христианина полное послушание в отношении священника или духовника?

— Если не рассматривать упомянутую выше монашескую модель взаимоотношений ученика и учителя, а брать ситуацию современных приходов, то можно сформулировать простой принцип. Согласно этому принципу, мы подчиняемся не священнику, а церковным правилам, которые он озвучивает. Это обязательно, нарушение некоторых правил приводит к серьёзным последствиям. Всё остальное – лишь советы духовника, он не может и не должен принуждать им следовать. Требование со стороны духовника неукоснительно соблюдать его указания – признак неопытности. Схиархимандрит Илий (Ноздрин) говорит даже так: если священник на исповеди не учит, а приказывает, то это не духовник.

Требование полного послушания со стороны духовника обычно не приводит ни к чему хорошему. Священник утрачивает чувство реальности, стремится ко всё более полной власти над прихожанами, раздаёт прещения, экспериментирует с аскетическими упражнениями, в итоге мы имеем порочащие духовничество примеры, которыми изобилует интернет.

Иногда полного послушания желают сами прихожане, даже вопреки воле духовника. Для них это чревато утратой самостоятельности, болезненным стремлением устраниться от принятия решений даже в бытовых вопросах.

— Как Вы относитесь к тому, что некоторые православные христиане предпочитают обращаться за советом к старцам? Кто такие старцы, может ли обращение к ним принести вред?

— Очень непросто сейчас с определением слова «старец», путаница жуткая.

Изначально это был опытный руководитель в духовной жизни, так слово понималось древнейшими монахами на христианском Востоке. Важно было то, что старец осуществлял передачу навыков духовной жизни от своего учителя к своему ученику. Мне в связи с этим вспоминаются феномены сампрадаи и парампары в Индии, принцип очень похож. Эта преемственность ценилась настолько, что странно было бы тогда назваться кому-то старцем, не пройдя предварительно степени ученичества или не будучи признанным другими старцами. На Руси с этим преемством было сложно. Когда в Оптиной пустыни в XIX веке началось возрождение старчества, то оно проходило именно через поиск преемства, за которым обратились тогда в Молдавию и на Балканы через учеников преподобного Паисия (Величковского).

Немного другое значение придают этому слову сегодня: старец – это по сути святой среди живущих. Кто-то подразумевает при этом опыт и наличие преемства, кто-то – нет, ведь святость сама за себя свидетельствует. Старцами в этом смысле называли протоиерея Николая Гурьянова, архимандрита Иоанна (Крестьянкина).

В околоцерковных кругах старцем называют человека, который может сотворить чудо. Основным атрибутом такого человека становится не святость, а чудачества наподобие юродства, оригинальных выходок, повторяющих примеры из житий и патериков.

Есть одна особенность, которая роднит все три образа: старец может вести себя нестандартно. Сегодня нам сложно даже представить, что это раньше значило в применении к служению священника. Но когда на Руси началось возрождение старчества, то активнее всего была, как ни странно, «критика справа» — со стороны старообрядцев. Они до сих пор выступают против старчества в любой форме, отталкиваясь от принципа: в старину на Руси священник учил строго «по писаному», по готовому шаблону отвечал на вопросы, не допуская ничего от себя. В те времена «старчествовали» только сектантские учителя наподобие «кормщиков» в «кораблях» хлыстов. Они могли позволить себе свободу в высказываниях, шутки, раздачу мелких подарков.

Сегодня православные часто ищут старцев. Неофиты бегут от свободы, хотят отдать себя в руководство по тому образцу, который видят в книгах. А люди, которые столкнулись с несчастьем, болезнью, ищут чуда и исцеления.

Но всегда существовала проблема: желающих считаться старцем гораздо больше, чем тех, кто может им быть. Как раз таки зачастую добросовестность – это то, что не позволяет священнику претендовать на звание старца. Но священники — это люди, они могут заблуждаться. И на волне увлечения поиском старцев у нас появилась целая маргинальная субкультура – такое явление как младостарчество. Столкновение с ним может запросто принести вред, почти всегда приносит. В 1998 году Священный Синод издал так называемое постановление о младостарчестве, каждый может поинтересоваться.Тогда же появилось выступление по этому поводу митрополита Антония (Блума), письмо патриарха Алексия II, другие документы.

— Существуют ли какие-либо признаки, по которым можно распознать младостарцев?

— Существуют разные, но каждый признак в отдельности ещё не говорит о младостарчестве. Отдельные ошибочные взгляды есть у всех людей, эти взгляды меняются в процессе жизни. Поэтому прихожанам не стоит инспектировать своего духовника на предмет принадлежности к младостарчеству. Любой человек может отстраниться от духовника, не называя при этом его младостарцем, если чувствует вред от его советов или сомневается в его компетентности.

Вот некоторые примеры злоупотреблений, то, чего не станет делать ответственный духовник: требовать полного послушания своей воле; указывать на то, что его решение – это непосредственное следствие откровения свыше; давать епитимии малознакомому человеку, не называя срока их окончания.

Есть и другие тенденции, о которых лишний раз даже упоминать не хочется, в соответствующей литературе об этом сказано достаточно.

Важно не бояться таких вещей, а помнить о роли здравого смысла. Вредные глупости в духовной жизни не менее узнаваемы, чем в быту, они не войдут в нашу реальность, пока мы сознательно их не впустим.

Беседовала Надежда Филипчик
sobor.by

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

Войти с помощью: 
avatar
300
wpDiscuz